Альпинизм как стиль жизни

 

Просмотров: 33

Лучше гор могут быть только горы, на которых еще не бывал. — об этом знают не понаслышке двенадцать неусидчивых людей, которые в начале августа совершили альпинистский поход в горы Эльбруса. Чем же является альпинизм — видом туризма или Спортом, мы и решили выяснить у одного из александровских участников этого похода Людмилы Ериной.

— Когда у вас началось увлечение альпинизмом?

— Альпинизм и горный туризм в нашей семье — это стиль жизни, который выработался у меня и моего мужа со студенческой скамьи. С мужем я познакомилась в Баку, где мы учились в разных институтах и выступали за разные команды во время межинститутских соревнований. В конце 1970-х, начале 1980-х при институтах были гигантские секции и налаженная по всей стране целая система школы альпинизма, с многократными соревнованиями в течение года и регулярными выездами в горы. После окончания институтов мы стали сами выступать в роли инструкторов и устроителей соревнований. Теперь, к сожалению, вся эта грандиозная система нарушена.

После переезда в Александров, когда мы еще не знали людей, ходили вдвоем. Когда родилась дочь Лена — стали ходить втроем (первый раз дочь попала в горы на Центральный Кавказ, когда ей было два с половиной года). А потом оказалось, что здесь очень сильный круг туристской общности, которая здесь развивалась по предприятиям. Мы работали на радиозаводе и стали ходить в походы с радиозаводскими. Правда, туристская специфика в Александрове оказалась несколько иной, чем в Баку. В Александрове очень сильные водники, которые ходят в крутые маршруты. Один из них — Александр Куликов, который бывал на таких реках, на которые никто не суется. А вот альпинистов почти нет. Кроме нас — еще несколько. Один из них — инструктор по альпинизму Боб Заднепровский, который был даже в Непале.

— Ваша работа и рождение дочери не мешают вашему увлечению?

— Если работа мешает альпинизму — брось работу. К сожалению, у меня работа очень интересная, поэтому ни то, ни другое не бросаю.

— Пока дочь была маленькая, мы ходили туда, где она могла пройти ногами, и с альпинизмом практически завязали.

— Куда был поход на этот раз?

— В этом походе мы ходили в ущелья Адыр-су и Адыл-Су, В ущелье Адыр-су у нас к этому походу уже не осталось белых пятен — мы практически покорили все имеющиеся там вершины. Но наше знакомое ущелье, в котором мы были десять лет назад, сильно изменилось: ушли ледники. Мы были там, где с одной стороны гор — Черное море и Золотое Руно, с другой стороны — лермонтовский Машук. Поэтому все ущелья в этом месте — сказочные. У каждого свой характер. В одном ущелье могут быть какие-то фантастические растения, ягоды и грибы, а соседнее ущелье окажется мертво-голое, но с минеральными источниками и природными теплыми ваннами.

— Наверное, в таких сказочных местах и фильмы снимают?

— Это труднодоступные места. Кино там не снимают — все знают, чем Кармадон (который гораздо ниже того места, куда мы ходили) закончился. Это районы, где нужна специализированная подготовка, и туда ходят либо горные туристы, либо альпинисты. Это районы для людей с определенной психикой, которым нужно куда-то залезть и чего-то посмотреть.

— В вашем походе были не все профессионалы, были и «чайники». Как же вы решились с ними пойти?

— Потому, что знаем этих людей и знаем, что от них можно ожидать. Поскольку с нами в этот раз было много «чайников», то у нас были задачи покорения невысоких вершин несложной категории. Но были проблемы даже с довольно легкими вершинами, которые из-за ухода ледников превратились в незнакомые и труднодоступные. Полностью изменилась ситуация с описанными маршрутами. Невысокие горы превратились в кучу сыпучих камней, на которые и лезь-то противно. Но поход все равно удался, потому что главное в походе — это не количество покоренных вершин, а отношения между людьми. А они у нас были изумительные.

И, конечно, был тщательно подготовлен поход. Изучен весь маршрут, выбраны места ночевок. Остановились на походе в Адырсу, потому что в нем находится лагерь Улутау, которому в этом году исполнилось 70 лет. Рассчитывали на то, что там будет много умелых людей, которые подскажут, куда можно ходить, а куда лучше не соваться. Так оно и получилось. И еще нам повезло с погодой. Чтобы в августе не пошел в горах снег, не пошел дождь — это везение. На высоте выше четырех тысяч метров снег лежит круглый год. У альпинистов ночевки там называются летним зимовьем.

— Все же, что такое альпинизм — туризм или спорт?

— Существует горный туризм, есть спелеотуризм. А альпинизм — это отдельностоящее. Горный туризм предполагает прохождение длительного маршрута из пункта А в пункт Б через перевалы с рюкзаком. Альпинизм же — это более интеллигентный вид спорта, которым занимаются ученые, физики, математики. Можно приехать в лагерь, сбросить рюкзак и, взяв только то, что необходимо, отправиться на восхождение. Не обязательно быть физически сильным, нужно быть технически и морально подкованным. В горы всегда ходили удивительные люди: там можно встретить и философов, и просто любопытных собеседников. А еще это свой мир, это своя жизнь, это своя психология. Когда занимаешься скалолазанием, тактильное ощущение от горы остается на долгое время. Оно проникает внутрь организма. Горы проникают в человека даже через обоняние. Фирн — он пахнет, снег в горах — он пахнет. Пахнет не так, как на равнине. Горы и ледники — они живые. К ним людям с равнины просто так прийти нельзя, они должны разрешить это сделать. Должны разрешить пообщаться с горами. Горы мстят наглецам и хамам. В горах все негативное и позитивное в человеке высвечивается, как через кристалл. И проверить себя в горах должны все.

Эдуард Егоров,

фото из архива Людмилы Ериной.

 



  • На главную